Журнал

Преображение мышонка. Глава первая. Приём на работу в Дисней

  •  

    Стоял погожий октябрьский денёк 1976 года. Я находился в студии Уолта Диснея, в просторном кабинете на третьем этаже. Напротив за чистым столом сидел седовласый человек в роговых очках и смотрел на меня с приятной улыбкой. Он был похож на пожилого аптекаря из Канзаса. Звали его Дон Дакволл, он был исполнительным директором отдела тематической анимации, а я сидел напротив и думал про себя: «Неужели его и вправду зовут Дон Дакволл? Может быть, где-то поблизости работает и Мик Маусволл»?


    Дакволл перелистывал документы. «Стив, мы решили взять тебя на испытательный срок в качестве стажёра. У тебя впереди три месяца на разработку пробных сценариев. Что ж, покажи нам, на что ты способен! Комиссия сценарного отдела оценит твою работу и решит, брать ли тебя в сотрудники на постоянной основе. Приступай с понедельника».


    В понедельник я мчался на студию, сломя голову! Мне позарез была нужна эта работа, но управлюсь ли я за три месяца? Подойду ли им? Будущее выглядело туманным.

     

    Стив Хулитт и его сыновья


    В середине семидесятых фабрика грёз Диснея была примерно в том же состоянии, что и после смерти Уолта в середине шестидесятых. Скромная студия, отснявшая несколько кинокомедий, изредка создающая мультфильмы и выпускающая еженедельную передачу на телевидении. Постройки в стиле арт-деко, возведённые в период Второй мировой, были окружены аккуратно постриженными лужайками с цветочными клумбами. По центру территории располагался аниматорский корпус, окружённый домами работников – исполнительных директоров, продюсеров и мультипликаторов. Несмотря на привлекательный вид и ухоженность этого района, студия Диснея в Голливуде была не слишком популярна. Здесь нельзя было встретить Клинта Иствуда или Пола Ньюмэна. Настоящим звёздам до студии не было никакого дела.


    Мистер Дакволл проводил меня в крошечную комнатку на третьем этаже, где стояли два кресла, а на узеньком столике располагалась печатная машинка. Моя работа заключалась в поиске сюжетов из детских книг, их переработке и представлении на собрании сценарной группы. Если коллектив одобрит эти сюжеты, мне должны были дать постоянную работу. Если нет – по истечении трёх месяцев я вынужден был покинуть студию.


    Затем меня представили моему официальному «руководителю» – светловолосому парню по имени Дон Блат. Дон был ведущим аниматором, однако внешне напоминал студента-отличника: рубашка с аккуратно выглаженным воротничком и вельветовые брюки. Казалось, он только что прервал рисование, чтобы познакомиться со мной и воодушевить на «полную отдачу» в работе.


    Я изо всех сил попытался следовать напутствию мистера Блата, но волнение не давало сосредоточиться. Прогуливаясь по этажу, я встретил ещё одного стажёра – женщину по имени Йен Норберт – и понял, что она-то и является основной претенденткой на должность, а мне, после испытательного срока, придётся снова искать работу.


    Я спустился на второй этаж, в библиотеку, и стал просматривать детские книги. Так начались трудовые будни. Я записывал сюжеты, перерабатывал их в короткие сценарии. Пару-тройку раз в неделю я заходил в офис Дона Блата, чтобы выслушать его мнение и получить новые указания. Дон продолжал настаивать на моей «полной отдаче», говорил, что я должен «верить в свою работу» и буквально жить ею. Мне нравились книги, которые я выбрал для работы в библиотеке, но я и не задумывался о том, чтобы делать подборку собственных материалов. А что, если мне придётся работать над сюжетом про чокнутых мультяшек вроде Багза Банни? О чём я напишу тогда? Что скажу? «Простите, но я никак не могу поверить в эту работу и отдаться ей полностью, предложите-ка что-нибудь ещё»? Советы Дона «верить» во всё, чем я занимаюсь, не казались мне такими уж ценными, но я предпочитал помалкивать. Уж всяко лучше трудиться в поте лица и оставаться на своём месте.


    Сказать по правде, у Дона было не так уж много времени для общения. Он был ведущим аниматором по взаимодействию с живыми актёрами и работал над необычным проектом «Пит и его дракон», который обходился студии в миллионы долларов и требовал полного сосредоточения. Как-то утром я оказался в его офисе вместе с Джоном Помероем, аниматором. Джон и Дон обсуждали сцену с драконом Элиотом, а я ждал своей очереди в углу комнаты.

     

    Кен Андерсон в процессе работы над «Питом и его драконом»

     

    Вдруг в дверь постучали и в комнату вошёл ветеран диснеевской анимации, создатель дракона Элиота, Кен Андерсон. Солидный джентльмен с густой бородой и ясным взором держал в руках зарисовки своего персонажа. Затем передал их Дону Блату.
    – Привет! Я придумал классную фишку для Элиота – розовые кисточки!
    – Розовые... кисточки?, – переспросил Дон.
    – Венчающие уши Элиота!, – парировал Кен.
    Дон смотрел на зарисовки и широко улыбался.
    – Подумать только, розовые кисточки! Круто, Кен, реально круто!
    Кен улыбнулся в ответ. Глядя на рисунок, он спросил:
    – А ведь они ему очень идут, не правда ли?
    – О, да, Кен! Производят впечатление! Покажу ребятам.
    Кен кивнул, в его светлых глазах промелькнула искорка. Он вышел. Дверь захлопнулась и можно было расслышать его удаляющиеся по коридору шаги. Улыбка вмиг исчезла с лица Дона. Было видно, что он чем-то рассержен.
    – О чём он вообще думает?! Как мы будем пририсовывать эти кисточки?! Фильм давно в производстве, персонаж уже полностью раскрашен! К чему всё это?!


    Работа на студии зачастую шла наперекосяк. Выражалось это в том, что слишком многие труды не следовало бы и начинать, поскольку они всё равно пропадали даром.


    Джон Померой, сидевший тогда напротив, полностью согласился. Они с Доном часто подшучивали над манерой Кена постоянно менять дизайн персонажа. Как молодой стажёр я привык держать язык за зубами, но идея сказать в лицо мистеру Андерсону правду о том, что кисточки пририсовать невозможно, не давала мне покоя. Меня вообще раздражало то, что никто не решался открыто говорить о проблемах на студии. Сколько времени и сил можно было сэкономить, если бы производство было грамотно организовано!


    Вернувшись к себе на третий этаж, я продолжил работу над сюжетами, многократно перечитывая детскую литературу по наставлению Дона. Я не знал, получается ли у меня, поскольку Дон всегда очень расплывчато отзывался о проделанной работе. И в один прекрасный день в столовой меня угораздило проболтаться, дескать, Дон Блат не слишком-то и заинтересован в том, что я делаю. Сидевший напротив меня молодой аниматор внезапно побледнел и показал на соседний столик.

     

    Энди Гэскилл, Дон Блат, Джон Померой и Гэри Голдман тестируют фрагмент из «Пита и его дракона»

     

    Там обедали Дон Блат собственной персоной с Джоном Помероем и ещё одним аниматором по имени Гэри Голдман. От ужаса моя душа стремительно шмыгнула в пятки: Дон прекрасно слышал всё, что я говорил! Вот и конец работы в Диснее, – подумал я про себя. На шатающихся ногах я поднялся в свою каморку и стал ждать неизбежного.


    «Похоже, ты ошибся с местом работы, Стив. Забирай свои документы из отдела кадров и проваливай. Удачи на дорогах!», – эти слова уже набатом звучали в моей голове.


    Но… ничего не случилось. Даже Дон не заметил моей едкой фразы, или предпочёл сделать вид, что не заметил.


    Книга за книгой, сюжет за сюжетом – и мои 90 дней «стажёрства» подошли к концу. Я отдал на рассмотрение последние страницы своих сценариев и ждал вердикта работодателей. Дон Дакволл обещал дать знать, как только будет принято решение о моём трудоустройстве. «Не позднее четверга». Но наступил четверг, и вечер четверга, и пятница… Никто ничего не говорил.


    Когда в пятницу, после обеда, я сидел, задумавшись, в своём маленьком кабинетике и переваривал пирожок с курицей из местной столовой, ко мне заглянул Дон Дакволл.


    – Мы решили, что берём тебя. Второй стажёр уходит, – последовала длинная пауза. – Что ж, пожалуй, нам пора дать тебе кое-какую работёнку.


    «Дать кое-какую работёнку»! Эти слова звучали не слишком торжественно, но я был счастлив, что всё, наконец-то, разрешилось. Дакволл исчез, а я сидел, оцепенев и уставившись в окошко. Там, по Доупи Драйв, деловито сновали работники диснеевской студии.


    Куда же мне предстояло перейти из каморки на третьем этаже?

     

    (продолжение следует)

     

     

    ОГЛАВЛЕНИЕ

     

    Глава первая. Приём на работу в Дисней

    Глава вторая. Ларри Клеммонс

    Глава третья. Команда сценаристов Диснея

    Глава четвёртая. О, старина Кен!

    Глава пятая. Вули Райтерман и его долгие собрания

    Глава шестая. Погружение в историю (часть первая)

    Глава шестая. Погружение в историю (часть вторая)

    Глава седьмая. Когда все покидали Дисней 

    Глава восьмая. Микки Руни, Перл Бэйли и Курт Рассел

    Глава девятая. Команда CalArts берётся за дело (часть первая)

    Глава девятая. Команда CalArts берётся за дело (часть вторая)

    Глава десятая. Котёл неурядиц (часть первая)

    Глава десятая. Котёл неурядиц (часть вторая)

    Глава одиннадцатая. Грызуны-сыщики и забастовки (часть первая)

    Глава одиннадцатая. Грызуны-сыщики и забастовки (часть вторая)

    Глава двенадцатая. Безнадёга и доход с мексиканских гусениц

    Глава тринадцатая. «Мышиный сыщик» набирает обороты

    Глава четырнадцатая. Зовите нас просто: Майк и Фрэнк (часть первая)

    Глава четырнадцатая. Зовите нас просто: Майк и Фрэнк (часть вторая)

    Глава пятнадцатая. Прибытие Джеффри Катценберга

    Глава шестнадцатая. Минута славы Айснера и Катценберга (часть первая)

    Глава шестнадцатая. Минута славы Айснера и Катценберга (часть вторая)

    Глава семнадцатая. Тернистый путь "Оливера и компании"

    Глава восемнадцатая. Прощай, Дисней!

    Глава девятнадцатая. "Бэзил" или "Мышиный сыщик"?

Комментарии

1 комментарий